Мой сайт Радикальное продление жизни
НОРМАЛЬНОЕ СТАРЕНИЕ
Меню сайта

Форма входа

Календарь
«  Сентябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

Архив записей

Друзья сайта

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Приветствую Вас, Гость · RSS 23.09.2017, 13:54

                   Нормальное старение
                             Чернилевский В.Е.

 

Ранее нами показано, что старение у млекопитающих связано с видовой стратегией размножения, с программой репродукции, которая предопределяется в раннем развитии под влиянием материнского орга­низма и запускается после полового созревания (ПС). Здесь рассматриваются причины возрастных изменений организма после ПС, связанные с программой репродукции.

 

Видовой стратегией развития организма является общее развитие, достижение зрелости, размножение и передача этой стратегии в следующих поколениях. Реализацию этой видовой стратегии в материнском организме осуществляет система мать-плацента-плод.

Развитие и половая дифференцировка    

В начале развития плода  программируется половое развитие организма по женскому, базовому, типу [1,2,7,9,16]. На 4-7 месяцах развития начинается половая дифференциация гипоталамического (Гт) контроля за секрецией гипофизарных гормонов и под действием андрогенов у плода мужского генетипа происходит половая дифференцировка мозга (ПДМ) по мужскому типу, которая далее программирует половое развитие [1,2,7,9,16]. В постнатальном периоде половая дифференцировка организма завершается и в момент ПС организм имеет все зрелые органы и системы для осуществления функции размножения и половой фенотип, мужской или женский. Половая дифференцировка охватывает весь мозг, нейроэндокринную, репро­дуктивную системы и весь организм в целом. Под действием половых гормонов (п.г.) происходит половая дифференцировка печени - центральной метаболической системы  интеграции десятков репродуктивных и адаптивных процессов. [1,7,8]. Программирующее действие п.г. необратимо закладывается в память  клеток-мишеней, устойчиво проявляется в их жизнедеятельности и передается потомству клеток в процессе их пролиферации [1,7,16]. После ПС программа развития переключается на программу репродукции, которая была предопределена в раннем развитии и в которой также запрограммированы энергетический, адаптационный гомеостаты и обмен веществ, которые должны обеспечивать жизнеспособность и функцию размножения [13]. Это оказывается возможным, т.к. все интеграционные системы (ЦНС, нейроэндокринная, иммунная) и органы, обеспечивающие энергетический и пластический обмен (печень, жировая ткань), прошли половую дифферецировку для выполнения главной видовой цели – репродукции. Как показано ниже,  функция репродукции сопровождается снижением жизнеспособности организма.

Влияние ПДМ на продолжительность жизни (ПЖ)

ПДМ организма тесно связана с  ПЖ. Известно, что самки крыс живут значительно дольше самцов. ПДМ у них происходит после рождения. В опытах Dorner кастрация самцов при рождении, до ПДМ, продлевала их жизнь в 2 раза, а кастрация в возрасте 75 дней не влияла на их ПЖ. Неонатальная андрогенизация самок до ПДМ сокращала их жизнь до ПЖ самцов [15].

ПДМ определяет ПС. Проведенный нами анализ данных по периоду ПС и максимальной ПЖ (МПЖ) у 200 видов из 14 отрядов млекопитающих показал, что между этими параметрами имеется линейная зависимость и приблизительное соотношение ПС:МПЖ= 1:10. Раннее ПС, при избыточном весе, сокращает ПЖ, а позднее ПС наблюдается в семьях долгожителей. При синдроме Вернера (прогерия взрослых) ускоренное старение начинается после ПС.

Отклонения в системе мать-плацента-плод создают программу репродукции и возрастные изменения нормального старения  

Для создания программ развития, репродукции и жизнеспособности потомства у матери во время беременности в нейроэндокринной системе и обмене веществ возникают резкие изменения внутренней среды, необходимые для развития плода. Имеются данные о том, что при беременности происходит обмен информацией о состоянии аналогичных органов и систем матери и плода [1,8,12,16]. Поэтому все эти нормальные отклонения при беременности матери программируют у потомства систему репродукции, а также интеграционные  системы, ответственные за жизнеспособность, таким образом, чтобы после ПС при размножении у взрослого потомства создавались аналогичные отклонения для передачи программы репродукции очередному поколению. 

Повышенный уровень плацентарного соматомаммотропина (обеспечивает рост плода) снижает способность утилизации глюкозы в тканях материнского организма при беременности, что вызывает повышение уровня глюкозы и компенсаторное увеличение концентрации инсулина в крови при потреблении глюкозы (”диабет беременных”) [1,5,16]. Глюкоза используется плодом. А у беременных гипергликемия вызывает накопление жира (в среднем на 5-6 кг), усиление липолиза и повышение концентрации неэтерифицированных жирных кислот (НЭЖК). Известно, что показателем интенсивности жирового обмена служит концентрация в крови НЭЖК, которая может возрастать до 500%. Это объясняется тем, что скорости реакций липолиза резко превышают скорости утилизации НЭЖК. Во всех тканях скорость потребления  НЭЖК зависит от их концентрации в крови. Инсулин является основным стимулятором липогенеза и ингибитором липолиза [4,5,16].

В печени увеличивается  синтез липопротеидов очень низкой плотности (ЛОНП), в крови повышается уровень ЛОНП и липопротеидов низкой плотности (ЛНП), триглицеридов и холестерина. ЛНП и холестерин используется плодом для синтеза стероидных гормонов и роста клеточной массы. Эти сдвиги вызывают у матери иммунодепрессию, подавление клеточного иммунитета и предотвращение отторжения плода [1,5,16]. В подавлении клеточного иммунитета матери и плода участвуют эстрогены, прогестерон, СТГ, хориальный гонадотропин, плацентарный лактоген, пролактин, глюкокортикоиды, жирные кислоты и другие вещества, необходимые для развития плода, однако многие из них обладают диабетогенным действием [1,5,12,16]. Дегенеративные изменения плаценты перед родами являются следствием аутоиммунного процесса, аналогичного старению организма в целом [12].

Резко повышенный уровень глюкокортикоидов при беременности приводит к подавлению клеточного иммунитета и к усилению глюконеогенеза. Эти условия также способствуют увеличению у беременных животных содержания липидов, триглицеридов, кетоновых тел и НЭЖК, из продуктов окисления которых в печени матери и в плаценте синтезируется холестерин, необходимый для роста плода [11]. Плацента также синтезирует липиды и НЭЖК [12].

Диабет создает склонность к развитию атеросклероза и других сосудистых нарушений, усилению липолиза и торможению липогенеза, увеличению НЭЖК в крови и повышению окисления их в печени, накоплению кетоновых тел, что приводит к ацидозу [5,8,16].

Особое значение в патогенезе атеросклероза и ИБС потомства после ПС имеет отклонение обмена атерогенных липопротеидов, богатых холестерином. Эти процессы связывают с перестройкой  липидного обмена в печени у беременных с повышением уровня холестерина и триглицеридов для обеспечения  потребностей плода и как источник образования  повышенного уровня половых гормонов в яичниках матери и плаценте [8,12,16].

Вывод. Отклонения обмена веществ  у матери необходимы для развития плода и создания у потомства программ репродукции и жизнеобеспечения, которые оказываются сопряженными между собой. Поэтому после ПС у взрослого человека в системе жизнеобеспечения должны наблюдаются аналогичные отклонения, которые проявляются в меньшей степени в течение жизни как возрастные изменения нормального старения.

 Влияние заболеваний матери на возрастные изменения взрослого потомства

У потомства обычно возникают расстройства одноименных функций тех органов и систем, которые были поражены у матери во время беременности [12,16]. Особенно это характерно в отношении заболеваний сердечно-сосудистой системы, эндокринных желез, печени и др.

Частичное удаление того или иного органа у матери вызывает увеличение количества митозов и веса одноименных органов у плода, ускоренное их развитие и более раннее становление [5,8,16]. Заболевания печени у матери до или во время беременности приводят к аналогичным заболеваниям у потомства. Адреналэктомия надпочечников вызывает увеличение надпочечников плода и их ускоренное развитие в постнатальном периоде [1,8,16].

Склонность к сердечно-сосудистым заболеваниям (гипертонии и др.) усиливается при беременности и может вызывать ускоренное развитие этих заболеваний у потомства.

Диабет матери при беременности увеличивает риск заболевания диабетом взрослого потомства, способствует ускоренному ПС и более быстрому развитию возрастных изменений, сопровождающих старение [1,4,16].

При беременности снижение ниже критического уровня гормонов: тироксина, глюкокортикоидов, паратгормона и инсулина приводит к дефектам развития у плодов и в первую очередь к нарушению высших отделов ЦНС [1,2,7,16].

Повышение уровня гормонов выше критического у животных при беременности вызывает ускорение возрастных изменений у взрослого потомства [1,5,16].

 Избыток инсулина в критическом периоде у крыс приводит к ослаблению его действия у взрослых животных и вызывает у них спонтанную гипергликемию, уменьшение толерантности  тканей к глюкозе, гиперинсулинемию, ожирение и гиперхолестеринемию.

Неонатальное введение крысам кортизола вызывает атрофию надпочечников у взрослых животных и снижение секреции этого гормона [1,7,16].

В опытах на крысах, кроликах и морских свинках установлено, что неонатальное воздействие на них избытка тироксина вызывает атрофические изменения щитовидной железы и выраженный гипотиреоз у взрослых животных, а также замедляет созревание у них гипоталамо-гипофизарно-адреналовой системы (ГГАС), что приводит к снижению адаптационных возможностей организма [1,2]. Повышение уровня глюкокортикоидов у крыс при беременности тормозит развитие ГГАС плода, что приводит к атрофии надпочечников у взрослых животных, уменьшению у них секреции глюкокортикоидов на стресс и к снижению защитных функций организма [1,5,16]. Избыток глюкокортикоидов у крыс  может вызвать у них гипергликемию, инсулинорезистентность и снижение толерантности тканей к глюкозе, что способствует развитию диабета у потомства [1-5,16].

Действие гормонов на дифференцировку большинства тканей необратимо [1,2,7,8,16].

Серьезные нарушения развития потомства вызывают патологические изменения в плаценте: дистрофические изменения, инфаркты, выраженные проявления физиологического старения, не свойственные периоду внутриутробного развития,  тромбозы плацентарных сосудов, повышенное отложение гликогена [12].

Вывод. Расстройства у матери вызывают у потомства после ПС ускорение возрастных изменений и риск раннего появления основных болезней, связанных со старением: сердечно-сосудистых, ожирения, диабета 2-типа, гиперадаптоза, метаболической иммунодепрессии, психической депрессии  и др.

 Возрастные изменения нейрогормональной регуляции 

Показано, что у человека при ПС наблюдается резонансная активность нейронов ядер гипоталамуса (Гт) и секреция гонадолиберина (Г-РФ) происходит в импульсном режиме с периодом 1,5-3 час [10,14,16]. Амплитуда этих импульсов Гт в 100-1000 раз превышает фоновый уровень. Они вызывают мощные импульсные выбросы ЛГ и ФСГ гипофизом и повышение уровня половых гормонов (п.г.) в крови. При увеличении или уменьшении периода Г-РФ секреция ЛГ и ФСГ снижается и прекращается. Как ними показано [14], с возрастом период следования импульсов Г-РФ увеличивается. Принцип действия регуляторных гормонов одинаков у обоих полов. На процессы старения особое влияние оказывает состояние эндокринной системы. С возрастом снижается выработка многих гормонов.

Эстрадиол. После полного прекращения циклической активности половой системы у женщин наступает постменопауза. При менопаузе в яичнике уже отсутствует большинство фолликулов и секреция эстрадиола яичниками прекращается. Это связано не с инволюцией яичников, а с нарушением регуляции: при пересадке яичников от старых крыс молодым эстральная функция восстанавливается [1,5,16]. В менопаузе снижение синтеза п.г. яичниками является ведущим фактором ускоренной потери костной ткани и развития остеопороза. Происходит ускорение процессов костного метаболизма со смещением равновесия в сторону резорбции вследствие повышенной продукции цитокинов (ФНО и ИЛ) тканью костного мозга, что стимулирует резорбцию костной ткани остеокластами. При остеопорозе имеет место дефицит кальцитонина и отрицательный баланс кальция, обусловленный дефицитом витамина D и снижением абсорбции кальция в кишечнике.

Тестостерон.  При ПС количество клеток Лейдига в яичках, вырабатывающих тестостерон, составляет около 700 млн и падает к 50 годам до 460 млн.

Факторами развития возрастного дефицита тестостерона являются сахарный диабет, гипертоническая болезнь, ИБС [3,5,16]. Это особенно важно при патологических изменениях в органах-мишенях тестостерона (предстательной железе, яичках, мозге, костной ткани) и органах, где происходит его активный метаболизм (печени, мышечной и жировой ткани). По данным Вашингтонского университета и Системы охраны здоровья США, риск смерти для мужчин с пониженным уровнем тестостерона на 68% выше, чем у их ровесников.

Доказано, что дигидроэпиадростерон (ДГЭА) нормализует сексуальную функцию, способствует снижению веса, предотвращает перекисное окисление липидов клеточных мембран, нормализует функции иммунной системы, восстанавливает клеточную активность, омолаживает организм, предотвращает развитие злокачественных опухолей, увеличивает силу и выносливость мышц, улучшает память, быстроту реакции [16]. Содержание в организме ДГЭА, а также его сульфата, снижается после 30 лет, после 50 лет резко падает, достигая к 70 годам лишь 20%, а к 80–90 годам – 5% от уровня зрелого возраста.

Ускоренное старение наблюдается при гипотиреозе и при гипертиреозе [5].
Гормон роста (СТГ) влияет: на транспортировку аминокислот через мембрану клетки, на расшифровку ДНК, синтез РНК и белка в цитоплазме клетки, на «ремонт» поврежденных клеток за счет восстановления белковых структур и мобилизации большого количества СЖК из жировой ткани, на управление уровнем сахара [9,16]. СТГ прямо и косвенно влияет на выработку всех гормонов в организме. Снижение с возрастом выработки СТГ гипофизом коррелирует с темпом старения: уровень циркулирующего СТГ в 10–20–40–60 лет составляет соответственно 20–10–3–2 мг/л крови.

 Роль печени в репродукции и жизнеспособности

Ведущим интегративным органом, наряду с мозгом и эндокринными железами, является печень - центральная метаболическуя система организма [8].

Гормоны общеметаболического, адаптивного действия: глюкокортикоиды, СТГ,  пролактин, инсулин, глюкагон, тироидные гормоны, п.г., также катехоламины оказывают мощное адаптивное влияние на многие ферментативные процессы в гепатоцитах [2,4,8,16]. По своей полифункциональнсти, многообразию и интенсивности метаболических путей, их системной значимости печень называют метаболическим мозгом и центральным гомеостатом организма. Контроль функций печени включает разные формы межгормональных взаимодействий на уровне гепатоцитов, половых гормонов на печень через гипоталамо-гипофизарную систему и регуляторные влияния со стороны гормонов общеметаболического действия. Роль половой  дифференцировки печени заключается в сопряжении адаптивных и репродуктивных процессов в организме. Это сопряжение связано с модуляцией регуляции половых гормонов клетками печени. Т.о., половая дифференцировка, детерминируемая и регулируемая половыми гормонами, выходит за рамки репродуктивной функции организма и накладывает отпечаток на адаптивные процессы, подключая различные звенья нейроэндокринного аппарата и функции печени. В программировании половыми гормонами маскулинизации функций печени ведущую роль в играют андрогены, а также гормоны семейства СТГ [1,2,7,16]. Участие СТГ и его гомологов в половой дифференцировке функций печени заключается в действии их как факторов сопряжения репродуктивных и вегетативных процессов на уровне печени и на гипоталамо-гипофизарном уровне за счет различий в ритме секреции СТГ. К программируемым половыми гормонами (п.г.) параметрам печени относится активность всех ферментов метаболизма стероидов и большое число метаболических систем печени. Этот орган направленно включается в процессы размножения в качестве важнейшего их координатора, а также поставщика трофического материала, «встраиваясь» в различные звенья репродуктивной эндокринной функции. Узловая роль печени в реализации репродукции сводится к обеспечению биодинамики п.г.: метаболизма; продукции транспортных белков, специфически связывающих п.г. в плазме крови; синтеза холестерина и его секреции в составе липопротеидов для утилизации гонадами в качестве предшественника биосинтеза п.г. и прогестинов [8,9,11].

Инсулиновая регуляторная система   

Инсулин (Ин) стимулирует в клетках биосинтез белков, жиров и углеводов. Экспериментально доказано наличие рецепторов Ин в мембранах жировых клеток, печени, мышечной ткани, в фибробластах и лимфоцитах, в ЦНС [4,16]. С возрастом снижается вес поджелудочной железы, печени, почек, селезенки, мозга, надпочечников, щитовидной  железы, гипофиза, гонад, предстательной железы, снижается количество Ин в поджелудочной железе [5]. Снижение толерантности к глюкозе объясняют понижением уровня Ин в крови, что проявляется в  гипергликемии [4]. Одной из причин снижения активности Ин являются антагонисты и ингибиторы Ин (тканевые, антагонисты плазмы, гормоны, НЭЖК и др.). С возрастом повышается уровень глюкозы и Ин в крови и чувствительность тканей к Ин как приспособительный механизм, особенно у людей с ожирением. Последовательность при старении в инсулиновой регуляторной системе: повышение уровня антагонистов Ин в крови – снижение биологической активности Ин – относительный дефицит Ин – гиперфункция β-клеток – повышение уровня Ин [5].

В последние годы на первое место по причинам смертности вышли сердечно-сосудистые заболевания, напрямую связанные с дисбалансом Ин. Согласно современным представлениям, основой "метаболического синдрома" является первичная инсулинорезистентность (снижение реакции тканей на Ин) и сопутствующая ей гиперинсулинемия. Гиперинсулинемия, с одной стороны, является компенсаторной, необходимой для преодоления инсулинорезистентности и поддержания уровня глюкозы в клетках; с другой -  патологической, связанной с увеличением содержания жира в жировых депо, вызывающей метаболические и органные нарушения, приводящие к развитию сахарного диабета 2-го типа, ИБС и других проявлений атеросклероза [3,4,5,16]. Важную роль в развитии инсулинорезистентности играет жировая ткань и нейрогормональные нарушения, сопутствующие ожирению: повышение кортизола,  повышение тестостерона и андростендиона у женщин, снижение прогестерона, снижение тестостерона у мужчин, снижение СТГ, повышение Ин и норадреналина [1,2,4]. Сложный каскад реакций приводит к развитию возрастных заболеваний.
Эндокринная функция жировой ткани. Ожирение 

Среди проблем, связанных с эндокринной функцией жировой ткани выделяют  фетальное программирование, т.е. связь особенностей внутриутробной динамики массы тела с увеличением содержания жира после ПС организма и возрастными заболеваниями, в которых важную роль играет эндокринная функция [3]. Тенденция к накоплению жира после ПС у разных видов эволюционно связана и с функцией размножения и источником энергии для обеспечения жизнеспособности. В то же время ожирение вызывает синдром инсулинорезистентности и болезни старения [3,4]. Образование жира связано с липолизом и липосинтезом, которые катализируются липазами: липолитической (гидролизующей триглицериды) и  гормон-чувствительной, способствующей высвобождению свободных жирных кислот (СЖК). СЖК, конкурируя с глюкозой,  составляют главный энергетический субстрат для мышечной и жировой ткани. Влияние глюкозы на высвобождение СЖК из жировой ткани рассматривается как непрямой показатель интенсивности липосинтеза. Эта ткань активно выполняет и эндокринные функции. Так, в белом жире имеются рецепторы многих гормонов, и в то же время продуцируются пептидные гормоны - адипоцитокины. В жировой ткани присутствуют также ферменты, участвующие в образовании или метаболизме стероидных гормонов [1-3,16].

"Центральными” эффектами обладает и интерлейкин-6 (ИЛ-6), концентрация которого в ЦНС обратно пропорциональна объему жировой массы [3,16]. Однако в самой жировой ткани концентрация ИЛ-6 прямо пропорциональна весу тела, нарушениям толерантности к глюкозе и инсулинорезистентности. Это указывает на роль этого гормоноподобного цитокина в механизмах развития метаболических нарушений.

Секретируемый жировой тканью ингибитор-1 активатора плазминогена (PAI-1) принадлежит к семейству ингибиторов сериновых протеаз и, по определению, участвует в свертывании крови, нарушение которого провоцирует онкогенез и атерогенез [3,16]. Особенностью этого ингибитора является повышение его содержания в крови у больных ожирением и при синдроме инсулинорезистентности. Имеются данные о том, что степень риска сахарного диабета 2-го типа и сердечно-сосудистых заболеваний зависит от концентрации в крови PAI-1, а его секреция в жировой ткани усиливается под влиянием фактора некроза опухолей. С другой стороны, ряд лекарственных препаратов, устраняющих проявление метаболического синдрома инсулинорезистентности (бигуаниды, глитазоны и, отчасти, статины), снижают продукцию PAI-1 в крови.

Интерес к адипонектину, гормону жировой ткани, вызван тем, что связь его с инсулинорезистентностью носит обратно пропорциональный характер [3,4,16]. Падение концентрации адипонектина в крови, с одной стороны, предшествует началу ожирения, а с другой - развитию инсулинорезистентности и целому ряду заболеваний, включая сердечно-сосудистые. Поэтому снижение содержания адипонектина рассматривается не как маркер объема жировой массы, а как предшественник и элемент развития инсулинорезистентности [3,5,16]. При  введении адипонектина наблюдаются антидиабетический, противовоспалительный, противоопухолевый и антиатерогенный эффекты.

     Жировая ткань и секретируемые ею факторы связаны с синтезом и обменом стероидных гормонов [2,3]. Липофильность стероидов объясняет их растворимость в жире и накопление в жировой ткани в больших концентрациях. Избыток кортикостероидов в печени вызывает инсулинорезистентность, гипертонию и ожирение печени. Стероиды образуются и взаимопревращаются в жировой ткани активно за счет присутствующих в ней ферментов: ароматазы (превращающей андрогены в эстрогены), некоторых гидроксистероиддегидрогеназ и стероидредуктазы (конвертирующей тестостерон в дигидротестостерон) [1,2]. Роль ароматазы в жировой ткани как "фабрики” эстрогенов наиболее заметна во время менопаузы, когда продукция их в яичниках снижается [3]. Образование в жировой ткани пептидных и стероидных гормонов позволяет говорить о ней как о своеобразном аналоге яичника, который служит источником и половых стероидов и пептидов (типа ингибина)[3]. Однако ожирение у женщин в этот период становится фактором риска для развития карцином эндометрия и молочной железы. Синдром инсулинорезистентности у людей, страдающих ожирением, является другой причиной указанных заболеваний, а также рака толстой кишки, пищевода, печени, желчного пузыря, поджелудочной железы, почки и др. [3-5]. Этот синдром связан с действием гормонов жировой ткани и предрасполагает также к большому числу болезней старения.

Регуляция массы тела осуществляется Гт на основе инсулинового сигнала [4,5]. Чем выше содержание жира в теле, тем выше  концентрация Ин в крови [5]. Повышение уровня Ин может снижать чувствительность Гт к его регулирующему действию. Уровень гипергликемии увеличивается  по мере старения. Снижается чувствительность к регулирующему влиянию глюкозы и Ин. Возникают сдвиги в уровне липидов крови, способствующие развитию атеросклероза [3-5].      

Взаимоотношения между глюкозой и жирными кислотами и их утилизацию контролируют Ин и СТГ [4,5,9,16]. Глюкоза и ЖК обладают способностью тормозить секрецию СТГ через отделы Гт. Потребление углеводов и жиров  приводит к торможению секреции СТГ, обладающего контринсулярным и липолитическим действием и одновременно стимулирует секрецию Ин, что обеспечивает утилизацию глюкозы тканями. При этом с возрастом реакция инсулярного аппарата на гипергликемию снижается, а ответ на реакцию запаздывает. Снижение утилизации глюкозы и повышение концентрации Ин в крови вызывает повышение уровня в крови глюкозы, ЖК и Ин, что приводит к увеличению синтеза триглицеридов в печени и соответственно к повышению концентрации в крови ЛОНП. Кроме того, стимулируется и синтез триглицеридов из углеводов в жировой ткани. Это приводит к увеличению содержания жира в жировой ткани и к развитию возрастного ожирения. В возрасте 21-27 лет начинает снижаться уровень СТГ и обнаруживается существование "жирового тормоза” секреции СТГ. Т.е. устранение фактора, который, играл важную роль в возрастном снижении толерантности к углеводам и в развитии ожирения, уже не приводит к устранению возрастных метаболических сдвигов. Т.о., после того, как возникло ожирение, оно формирует жировой шунт, который обеспечивает  механизм самовоспроизведения ожирения и метаболических сдвигов и этот процесс практически выходит из под контроля.

Наличие гиперинсулинемии, гипертригицеридемии и гиперхолестериномии являются факторами риска развития атеросклероза.

Выводы  У млекопитающих и человека в процессе развития от зародышевого периода до ПС происходит гаметогенез и половая дифференцировка всего организма для обеспечения размножения. В процессе половой дифференцировки создается программа репродукции и происходит половое развитие организма. До ПС развитие направлено на создание всех систем и органов для обеспечения жизнеспособности организма. При этом особенность работы систем и органов жизнеобеспечения основана на обмене веществ (белков, жиров, углеводов и др.) в двух режимах, до ПС и после ПС. В процессе развития до ПС, до включения программы репродукции, обмен веществ осуществляется в 1-м режиме (2-й не работает до ПС). Этот обмен направлен на рост организма и повышение жизнеспособности до максимальной в период зрелости. До ПС старение не проявляется. К возрасту ПС органы (мозг, печень, эндокринные железы и др.) и системы организма (нейроэндокринная, нервная, иммунная и др.) созревают, завершают половую дифференцировку, система регуляции на Гт уровне включает программу репродукции, а всю систему жизнеобеспечения переключает в основном на 2-й, "половой”, режим с альтернативным обменом веществ (белков, жиров, углеводов и др.), направленным в основном на обеспечение размножения. Особенность этого обмена веществ состоит в том, что он был запрограммирован в эмбриональном периоде такими отклонениями обмена веществ в материнском организме, которые у взрослого потомства проявляются таким же образом, т.е. в виде возрастных изменений нормального старения. Поэтому при старении органов и систем, в т.ч. и репродуктивной,  жизнеспособность организма снижается. Причиной старения является закономерно изменённый обмен веществ в состоянии половозрелости.

 Все процессы начинаются в зародышевом периоде развития, поэтому процесс старения взрослого организма остановить проблематично и все известные средства оказываются неэффективными для существенного продления жизни человека. 

Подробно см. на https://sites.google.com/site/chernilevsky/

Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz